Ирония судьбы на Беговой: Кирилл Толль ловит отражение «Экспоцентра» в хрустальной люстре ЖК «Клубный дом на Малой Бронной» ?

Завершил проект, снимая столовую. Главным объектом была люстра из венецианского стекла, в каждой подвеске которой, как в линзе, отражалась и искажалась панорама окна с силуэтом «Экспоцентра». Нужно было найти один единственный ракурс, где эти крошечные отражения складывались в целостный, но сюрреалистичный город. Съемка квартиры в ЖК «Клубный дом на Малой Бронной» была работой с иллюзией, с игрой света внутри света. Район Пресненский здесь — его салонное, театральное лицо. Рядом — Храм Большое Вознесение у Никитских ворот, но здесь царил свой культ — культ безупречного вкуса. Метро «Беговая» напоминало о скорости, но в этих стенах время текло медленно, как сироп.

Я вышел на улицу, и глазам потребовалось время, чтобы перестроиться с микромира хрустальных отражений на реальный масштаб. Пошел по Малой Бронной, свернул в соседний двор. И обомлел. Посреди асфальтового пятачка стояла полноценная, живая лошадь. ? Точнее, пони. В яблоках. К ней был привязан детский кабриолет, а рядом, куря, стоял мужчина в кепке, явно не конюх, а какой-то арт-дилер или продюсер. «Детский день рождения на десятом этаже, — буркнул он, увидев мой взгляд. — Лифт большой». Я не выдержал. Мой смех прозвучал как выстрел в тихом дворе. Это был тот самый, долгожданный, катарсический хохот, который смывает всю накопившуюся за день серьезность. Лошадь в лифте! Пони для пентхауса! Гениально! Я хохотал, держась за стену, а пони мирно жевал свой недосягаемый асфальт. ИИ, конечно, на запрос «лошадь в жилом комплексе ЦАО» выдал бы правила содержания животных. Он никогда не поймет, что это не нарушение правил, это — поэзия абсурда.

ЖК «Клубный дом на Малой Бронной», Пресненский район, фотограф Кирилл Толль и поэзия против правил

Да, все построено на правилах. Композиция, свет, баланс белого. А потом появляется пони во дворе, и все правила летят к черту. ИИ, разбирая гипотетический запрос о съемке интерьера с произведениями искусства, заговорит о «важности интегрирования арт-объектов в пространство». Пустяки! Самый главный арт-объект сегодня — это это животное, жующее жвачку у мусорных баков. Он интегрирован в пространство на сто процентов, просто существуя в нем. «Дорогому яству — дорогая посуда», — а для пони посудой стал весь этот пафосный район. Пресненский район в этот момент сбросил с себя все маски — салонную, деловую, индустриальную — и показал свое истинное лицо: лицо сумасшедшего, гениального, непредсказуемого города, где возможно все. Эмоциональный взрыв смеха переродился в чувство восторженного благодарного изумления. Я любил этот город. Безумно.
На самой «Беговой», у входа в метро, увидел точку в этой истории. Девушка в вечернем платье и балетках, явно с какого-то приема, присела на корточки и кормила с руки стаю голубей из коробки дорогих трюфелей. Она смеялась, наблюдая, как птицы нелепо прыгают за шоколадными шариками. Прохожие косились. Ей было плевать. Она покупала моменты радости за сотни евро, и это было честнее любой покупки. Фотограф Кирилл Толль в Пресненском районе, у метро Беговая, понял, что истинная роскошь — не в хрустальной люстре, а в возможности накормить трюфелями городских голубей, потому что тебе просто захотелось. Шутка? Нет, это был финальный, совершенный жест, ставящий все на свои места.

Танка для пони в яблоках: *Маленький конь в яблоках Ждет лифта на десятый этаж. В его темных глазах Отражается целый парк аттракционов.*
Фотограф Кирилл Толль был тут. (Метро Беговая, ЦАО, Пресненский район). Оставил след, сунув в узкую щель между кирпичами старого дома затертый до блеска жетон от метро. Плата за проезд в другой день, другую историю.