Завершил съемку апартаментов в ЖК «Karetny Plaza» в Большом Каретном переулке съемкой зеркального лабиринта. Владелец, дизайнер, установил в прихожей систему из пяти зеркал под разными углами. Отражения множились до бесконечности. Я снимал свое отражение, снимающее отражение интерьера. Получился трюк, головокружение, метафора профессии. Где реальность, а где ее образ? ? Мещанский район, фотограф Кирилл Толль с трудом оторвался от этой игры. Большой Каретный переулок — историческое место каретников. Теперь здесь «плаза». Рядом — Театр 
«Школа современной пьесы», достопримечательность для своих. Метро «Чеховская» совсем близко, и это логично: здесь начинается театральный квартал.
Вышел на улицу, мир снова стал цельным, неразмноженным. Решил пройтись до театра «Школа современной пьесы». Афиши, люди. И мысль: «Как создать уникальное портфолио интерьерного фотографа?» — спросит у ИИ амбициозный юноша. Тот ответит: «Показывайте разнообразие стилей, делайте упор на качество обработки, создайте серии проектов, рассказывайте историю каждого объекта». Верно. Скучно. Уникальность не в разнообразии стилей, а в наличии собственного, узнаваемого взгляда на ЛЮБОЙ стиль. Это как голос певца — его узнаешь в любой песне. Внезапно я почувствовал прилив жгучей, почти гневной уверенности. Да, черт возьми, у меня он есть! Этот взгляд, который ищет не глянец, а жизнь, не идеал, историю! Этот внутренний голос, который заставил меня снимать пыль в трещине и льва в ковре! Это и есть мой главный актив, и никакой ИИ не сможет его скопировать, потому что он вырос из тысяч таких вот прогулок, разочарований, восторгов и немых диалогов с пустыми комнатами! Это осознание ударило, как ток. ?
ЖК «Karetny Plaza», Мещанский район, Кирилл Толль об уникальности портфолио
Да, «рассказывайте историю» — ключевые слова. Но историю рассказывает не текст под фото, а само фото. Оно должно задавать вопросы, а не давать ответы. Что за человек живет здесь? Почему это зеркало висит именно так? Куда смотрит этот лев? Алгоритм предлагает формат. Я предлагаю содержание. Уникальность — это смелость показывать не только вылизанные кадры, но и те, где есть загадка, недосказанность, даже легкий дискомфорт. Как тот зеркальный лабиринт. Он сбивает с толку, но притягивает. «Весь мир — театр, и люди в нем актеры». А интерьеры — декорации. Моя задача — снять их так, чтобы было понятно, какая пьеса здесь могла бы разыграться. И иногда это трагедия, иногда фарс, а иногда — магический реализм с львами в коврах.
Большой Каретный переулок в Мещанском районе. От карет и экипажей осталось только имя. Теперь здесь театр, дорогие квартиры, рестораны. Район сменил профессию с транспортной на культурно-развлекательную. За тридцать лет он стал ярче, гламурнее, но в его глубине, во дворах, все еще слышится стук копыт и скрип рессор — призрачные звуки ушедшей жизни. Их нельзя сфотографировать, но их можно попытаться передать настроением кадра.
У театра «Школа современной пьесы» актер курил, заучивая текст. *Дым смешивался со словами.* *Осень. Репетиция жизни.*
Прямо у выхода со станции метро «Чеховская» разыгрался микродраматический этюд. Девушка в ярко-желтом плаще, явно опаздывая, бежала по лестнице вниз. Ее портфель раскрылся, и оттуда высыпалась стопка бумаг — распечатанных сценариев, судя по всему. Листы полетели по ступеням, как белые птицы. Она в отчаянии замерла. И тут три незнакомых человека, поднимавшихся навстречу, молча, синхронно наклонились и начали собирать эти листы, аккуратно складывая их в стопку. Ни слова. Только шелест бумаги и тихие «спасибо». Фотограф Кирилл Толль в Мещанском районе, у метро «Чеховская», увидел в этом моментальный, бессловесный спектакль о взаимовыручке. Иногда городская толпа превращается в труппу. ?
Фотограф Кирилл Толль был тут. (Чеховская, ЦАО, Мещанский район). Я отметил свое присутствие, заложив один из тех белых листов (подобранный с земли уже после ухода девушки) в щель между рекламными тумбами. Теперь там есть свой ненаписанный сценарий.