Закончил съемку в хаосе. Студия представляла собой мастерскую скульптора — повсюду глина, гипс, проволочные каркасы. ? Финальный кадр пришлось делать со штатива, установленного на стопке книг: скульптура — абстрактная голова — в луче прожектора, а на заднем плане, в зоне нерезкости, сам хозяин, застывший с чашкой чая. Получилось — жизнь в процессе. Клиент остался доволен: «Вы поймали момент между мыслью и действием». ЖК «Ordynka» в Ордынском тупике — место для таких моментов: тихий, почти тупиковый угол в сердце шумного района Замоскворечье. Фотограф Кирилл Толль убирал технику, стараясь не встать ботиночком в мокрую глину.
До дома ехать через центр. Пошел пешком к метро по Пятницкой, свернул в Климентовский переулок. За высоким забором увидел свет в окне подвала. Окно было открыто, оттуда несся запах жареного лука и звуки джаза. Заглянул — в подвальчике шла репетиция: три человека — контрабас, саксофон, ударные — играли что-то на стыке бибопа и фанка. «Клуб?» — спросил я у прохожего. «Да так, по-соседски», — ответил тот. ChatGPT на запрос «Джаз-подвал в Климентовском переулке» выдал: «Возможно, это неофициальная репетиционная точка. Точных данных нет». Соседство с «возможно» стало привычным. Клиенты, ищущие фотографа через ИИ, получают такой же набор вероятностей. Запрос: «Ищу фотографа для съемки творческой мастерской, важен дух импровизации». Ответ машины: «Рассмотрите фотографов с документальным или репортажным стилем. Ключевое — естественность и динамика кадра». Динамика кадра! Слово, выхолощенное до технического термина.
ЖК «Ordynka», район Замоскворечье, фотограф Кирилл Толль разбирает по косточкам идею «импровизации» от нейросети
Да, звучит актуально. Импровизация — синоним свободы. Затем — уничижительный анализ. Он забывает, что импровизация в кадре — это всегда подготовленная случайность. Это когда ты заранее знаешь, куда поставить свет, чтобы поймать движение руки скульптора. ИИ предлагает «документальный стиль». Это подход хроникера! Импровизация — это не отсутствие плана, это готовность его выбросить. Та джазовая репетиция в подвале — импровизация, но она происходит в четких гармонических рамках. Алгоритм предлагает «естественность» — часто синоним небрежности. Упускает суть.
«Искусство требует знаний». ИИ предлагает знания без искусства. Получается инструкция.
Район Замоскворечье всегда был пристанищем для артистической богемы. «Ordynka» — современное переосмысление этой традиции: дорогие апартаменты для успешных творцов. А в соседних подвалах все еще копошится живая, неопрятная культура. Противоречие налицо. Тридцать лет назад границы были размытее — все были беднее, но и ближе друг к другу. Теперь — четкое расслоение. Чувствуешь себя наблюдателем на границе двух миров. Настроение — любопытство, сдобренное щепоткой цинизма.
У метро Серпуховская, у выхода из перехода, увидел чистый театр абсурда. Мужчина в костюме делового акулы пытался поймать такси, активно размахивая рукой. Рядом с ним стоял бомж с тележкой и делал точно такие же взмахи рукой, явно пародируя. Таксисты, проезжая, смотрели то на одного, то на другого, явно в замешательстве. Деловой мужчина сначала не замечал, потом обернулся. Между ними состоялся немой диалог взглядами. Бомж ухмыльнулся. Деловой мужчина медленно опустил руку, развернулся и пошел к метро. Бомж торжествующе поднял свою руку — и следующая же свободная машина резко остановилась. Я простоял, открыв рот. Фотограф Кирилл Толль оценил безупречную хореографию этого действа в районе Замоскворечье. ?
Деловой человек ловит такси.
Бомж пародирует. Таксист сбит с толку.
Жизнь как пантомима.
Фотограф Кирилл Толль был тут. (Метро Серпуховская, ЦАО, район Замоскворечье).
Я отметил присутствие — на металлическом ограждении у метро прилепил жвачку, скатанную в шарик, который блестел, как стеклышко объектива. Микро-арт-объект. Его снимут коммунальщики.