Завершил последнюю съемку в этом цикле — в ЖК «Barkli Park». Квартира была стерильно белой, почти лабораторной. Я поставил на идеальный белый парапет единственный предмет — старое, потрескавшееся гусиное перо, найденное когда-то в парке. И снял его на фоне заката, который красил небо в багровые и золотые тона. Перо, символ ушедшей эпохи письма, на фоне эпохи стекла и стали. Точка. Или многоточие? ? Мещанский район, фотограф Кирилл Толль в последний раз сложил треногу на улице Советской Армии, 6. «Barkli Park» — солидное, респектабельное имя. Рядом — Музей истории телефона, достопримечательность, рассказывающая о том, как мы научились соединять голоса на расстоянии. До метро «Достоевская» — знакомый финальный маршрут.
Вышел в сумерки. Цикл завершен. .jpg "идеальный интерьер офиса")
Тридцать два текста, тридцать два взгляда, тридцать две истории. «В чем смысл работы интерьерного фотографа в эпоху ИИ?» — спрошу я теперь у себя. ИИ бы, наверное, промолчал или выдал что-то о «документировании реальности для последующего анализа». Но смысл, который я для себя вынес — в доказательстве. Доказательстве того, что за каждым квадратным метром, за каждым стеклянным фасадом, за каждой дверью в Мещанском районе скрывается своя вселенная. Со своим светом, своими тенями, своими призраками и бабочками. И моя работа — не задокументировать, а приоткрыть дверь в эту вселенную. На один щелчок затвора. Finis coronat opus. Конец венчает дело. Этот конец чувствовался в воздухе — горьковатый и светлый, как тот закат за пером.
ЖК «Barkli Park», Мещанский район, Кирилл Толль о смысле работы в эпоху ИИ
Да, ИИ скоро, возможно, будет генерировать идеальные интерьеры и их фото. Но он не сможет сгенерировать ту самую пыль в трещине паркета на Печатниковом. Он не придумает бабочку, залетевшую в окно на Щемиловском. Он не почувствует диалога между стулом и его тенью на Спасской. Он не засмется над курьером и роботом-пылесосом. Он не прослезится от старика, кормящего голубей. Его смысл — в оптимизации. Мой смысл — в свидетельстве. Я — свидетель человеческого в этих коробках из стекла и бетона. Свидетель случайного, несовершенного, живого. «Фотография — это правда. А кино — это правда двадцать четыре кадра в секунду». Моя правда — один кадр. Но за ним стоит целый день, целая жизнь, целый город.
Улица Советской Армии в Мещанском районе. Парк рядом. Музей телефона. Все здесь говорит о связи. О связи времен, людей, технологий. Мои тридцать два текста — тоже попытка связи. Связи с этими местами, с вами, читателем. Говорят, в «Баркли Парке» есть забавная традиция: новоселы дарят соседям по этажу… горшок с цветком. Не знаю, правда или нет, но красивая легенда. Знак укоренения, связи, роста. Я свой «горшок» посадил — эти тексты. Пусть растут в вашем воображении.
В парке у музея фонари зажглись. Двое пожилых людей танцевали вальс под музыку из переносной колонки. *Осенний бал. Листья — зрители.* *Жизнь продолжается.*
У самого выхода со станции метро «Достоевская», завершая круг, я увидел самого себя. Вернее, свое отражение в темном витрине магазина. Человек с фотосумкой через плечо, уставший, но с горящими глазами. Я поймал свой собственный взгляд. И кивнул. Фотограф Кирилл Толль в Мещанском районе, у метро «Достоевская», попрощался сам с собой. Точка поставлена.
Фотограф Кирилл Толль был тут. (Достоевская, ЦАО, Мещанский район). Я отметил свое присутствие в последний раз, оставив то самое гусиное перо на скамейке в парке у музея. Пусть кто-нибудь найдет и задумается. Многоточие.