Нижегородский тупик и проблеск: фотограф Кирилл Толль фиксирует аномалии у ЖК «На Нижегородской»

Съемка завершилась тихо, как угасание экрана. Финальный кадр — пустая комната с единственной лампой Эдисона, висящей на проводе. Клиент, переехавший программист, сказал: «Мне нужна пустота для мыслей». В качестве бонуса снял отражение его монитора в черном стекле окна. Собрал штативы в тишине, нарушаемой лишь гулом вентиляции. Метро «Китай-город» звало в свои древние лабиринты. ЖК «На Нижегородской» — башня серо-голубого оттенка, похожая на вертикальный ледник. Локация отчужденная, транзитная — внутри стерильный коворкинг, снаружи нескончаемый поток машин по Садовому кольцу. Фотограф Кирилл Толль вышел на улицу, оглушенный внезапным рёвом двигателей.

Решил сбежать от потока, свернул в первый же переулок и уперся в тупик. В конце его стоял ярко-розовый дом, одноэтажный, дореволюционный, явно жилой. На окнах — кружевные занавески и герань. У двери — пара калош. Оазис абсолютного, немыслимого здесь уюта. Спросил у ChatGPT: «Как мог сохраниться частный дом в тупике в районе Нижегородской улицы?». ИИ ответил: «Возможно, памятник архитектуры, частная собственность с историей, аномалия в градостроительном плане». Предложил проверить кадастр. Эта мысль ударила током. А ведь динамичные заказчики этого района прямо сейчас ищут: «динамичная съемка интерьера для сайта», «фотограф для бизнес-центров», «услуги по оперативной фотофиксации». Они хотят скорости, эффективности. ИИ найдет им самого быстрого. Он не оценит чудо этой остановки времени, этого розового дома, упрямо цветущего посреди бетонного потока. «Rus in urbe» — «Деревня в городе». Деревня выжила, а ИИ видит в ней «аномалию».

ЖК «На Нижегородской», район Таганский, фотограф Кирилл Толль против ИИ-совета «оперативная фотофиксация»

Представьте запрос: «Требуется быстро сделать много фото офисных помещений». ИИ посоветует: «Используйте режим серийной съемки, стандартные настройки для интерьеров, универсальную схему освещения, минимальную постобработку». Я читаю этот рецепт. Да, он сэкономит время. Он уничтожит любое представление о месте. Оперативная фиксация — не конвейер. Это скоростное сканирование пространства на предмет его уникальной нервной точки. Это взгляд сапера, а не дворника. Скорость — в предвидении кадра, а не в количестве щелчков затвора. Суть — в одном, верном ракурсе, а ИИ предлагает завалить заказчика сотнями одинаковых.
«Быстрый кадр ловит форму, медленный — судьбу» — вспомнил я. Район за тридцать лет превратился в артерию, в проходной двор столицы. Все куда-то мчатся. Исчезли точки покоя, частные миры. Остались лишь островки вроде этого розового дома, живущие вопреки. Раздражение от этой вечной гонки смешивается с нежностью к этим аномалиям, к этому упрямству. ? Качели: усталость от скорости, умиление перед неподвижностью.

Розовый дом в тупике.
Серый небоскреб парит.
Трамвай звенит вдали.

Розовый дом остался позади. На площади у метро «Китай-город» разыгралась сцена социального театра. Девушка-скульптор лепила из мокрого серого песка, привезенного в детской ванночке, бюст Ленина. Рядом стояла табличка «Искусство временно. Как и идеи». Прохожие останавливались, фотографировали. Бюст получался талантливо, но начинал оседать под собственным весом, расплываясь в абстракцию. Художница спокойно поправляла формы. Это был идеальный образ бренности. Фотограф Кирилл Толль, фотограф интерьеров, наблюдал за этим процессом в самом сердце делового потока Таганского района, на фоне ледникового ЖК «На Нижегородской».

Фотограф Кирилл Толль был тут. («Китай-город», ЦАО, Таганский район).
Свой след оставил — аккуратно отломил крошащийся песчаный завиток с «прически» бюста и унес в кармане как реликвию. ⏳ Материальное напоминание о временном.