В «Усадьбе Сытина» в Сытинском переулке я запечатлел последний луч в камине, где электрическое пламя имитировало живую игру теней на малахите. Атмосфера дорогой старины. Следующая точка — богемный ЖК «Левенсон» в Трехпрудном переулке. Между ними — Пресненский детский парк, зеленый коридор района. Я решил идти через него, сменив тяжеловесную роскошь на легкую, артистичную небрежность.
Парк встретил меня криками детей и запахом осенней листвы. На скамейке у главной аллеи сидела няня с коляской и… читала вслух «Преступление и наказание» грудному младенцу. Малыш спал, а она с выражением декламировала: «Раскольников вошел в свою каморку…» Я застыл, пораженный. Это был высший пилотаж раннего развития или отчаяние от скуки? Вспомнил забавный отзыв про «Усадьбу Сытина». Одна жительница жаловалась, что ее попугай ара, живущий в квартире, выучил звук сигнализации соседнего «Мерседеса» и воспроизводил его по ночам, вводя в ступор всю охрану ЖК. Пришлось вешать на птичью клетку плотное покрывало — «чтобы не видел темноты и не пугался машин». Я представил этого пернатого диджея,
сводящего с ума охранников, и ухмыльнулся.
Дальше путь лежал к метро «Краснопресненская». У самого вестибюля, на площади, развернулась живая сцена. Уличный художник, рисующий шаржи, поспорил с таксистом, что нарисует его портрет за одну минуту. Таксист скептически согласился, поставив таймер на телефоне. Художник лихорадочно заработал мелком. Рядом собралась толпка болельщиков. Ровно через минуту был готов карикатурный, но удивительно похожий портрет: таксист за рулем, но руль был похож на баранку корабля, а за окном — не улицы, а океанские волны. Таксист рассмеялся, похлопал художника по плечу и… увез его бесплатно до следующего клиента. Я стоял, восхищенный этой мгновенной дружбой и бартером.
Выбравшись на тихую Тишинку, я почувствовал смену атмосферы. Здесь пахло кофе из маленьких кофеен и старыми книгами. Вспомнилась история про «Левенсон». По слухам, в одной из квартир живет коллекционер старинных граммофонов. И иногда, по вечерам, из его окон доносятся не современные треки, а шипящие записи Вертинского или Шаляпина. Соседи не жалуются — приняли это как часть аудио-ландшафта, как живой памятник. Некоторые даже специально открывают окна, чтобы послушать. Представил эту картину: человек в современном лофте слушает «Ваши пальцы пахнут ладаном» через рупор вековой давности. Поэзия.
Уже у входа в «Левенсон», в арке, увидел финальный штрих. На подоконнике кто-то оставил чашку с землей и посадил в нее… три зубочистки с наколотыми на них оливками. Мини-сад «Мартини». Рядом лежала записка: «Для вдохновения. Не съедать». Я рассмеялся. Это было абсолютно в духе места — легкое, ироничное, чуть абсурдное искусство, созданное кем-то просто потому, что захотелось. Фотограф Кирилл Толль завершил переход, поняв, что Пресненский район умеет хранить секреты: от попугая-сигнализации до граммофонных концертов и оливковых инсталляций.
Танка в детском парке: *Няня читает Достоевского Спящему младенцу. Воробьи на ветке Слушают про Раскольникова.*
Фотограф Кирилл Толль преодолел этот путь. (От Сытинского пер. через Пресненский детский парк и метро Краснопресненская к Трехпрудному пер., район Пресненский). Свой след оставил, прикрепив к стволу дерева в парке найденную на пути перьевую ручку (без стержня) — в знак уважения к литературе и попугаям.