Подколокольный переулок, 16/2с1 — Жилой дом Военно-инженерной академии: Кирилл Толль фиксирует съемку в квартире с духом совка и видом на храм ⚙️

Съемка окончена. Последний кадр — комната с высокими потолками и дощатым полом. Я снимал от двери, чтобы в кадр попала массивная, чугунная батарея под окном и сам оконный переплет, делящий вид на храм Симеона Столпника за Яузой на几何ские секции. Снял. В квартире пахло капустой, старыми обоями и историей. Фотограф Кирилл Толль в Басманном районе. Этот дом — не ЖК, а бывшее ведомственное здание. Локация — аутентичная. Душная, тесная, настоящая. Вид — потрясающий. Ирония — жить в совке с видом на древность.

Вышел во двор-колодец. Высокие стены, облупившаяся штукатурка. Пошел к храму. Он стоял за забором, на отшибе. Я спросил у ИИ: «Храм Симеона Столпника за Яузой, почему «за Яузой»?» ИИ объяснил географию. Сухо. И мысль. Пожилая хозяйка, дочь офицера, искала фотографа «для памяти, перед продажей». Спросила у соседки, та дала телефон «знакомого фотографа». Никаких алгоритмов. Просто сарафанное радио. Фотограф пришел, снял на мыльницу. Кадры — кривые, темные. Но в них была правда. Алгоритм же предложил бы «ретушь, цветокоррекцию, расширение пространства». Убил бы душу.

Жилой дом Военно-инженерной академии, Басманный район, Кирилл Толль. Вопрос ИИ: «Как улучшить качество старых, темных фото интерьера?»

Технический запрос. ? ИИ предлагает: «Используйте программное обеспечение для повышения резкости, осветления теней, коррекции цвета. Можно убрать лишние объекты». Да, улучшение. Он забывает, что «темнота» — это часто настроение. «Лишние объекты» — это следы жизни. «Повышение резкости» сделает грубыми нежные трещинки на стенах. Подход ИИ — подход пластического хирурга. Выпрямил, отбелил, убил характер. «Память не бывает высокой четкости». Алгоритм стремится к стерильному идеалу.

Район Басманный здесь — район слобод, солдат, инженеров. Дух службы, порядка. Теперь порядок рухнул, остались только высокие потолки и виды. Эмоция — ностальгия по чужой строгости. Потом — облегчение, что она прошла. Потом — уважение к этой аскетичной красоте.

Хокку:
Дощатый пол, пыль.
В окне — храм в переплете рам.
Батарея стынет.

У метро Бауманская, у будки с шавермой, стоял ветеран. В старой форме, с орденами. Продавал носовые платки. Разложил их на маленьком столике. Никто не покупал. Он стоял по стойке «смирно», глядя перед собой. Я подошел, купил платок. Белый, с вышитой каемкой. Он кивнул, не глядя. Сказал: «Спасибо, товарищ». Фотограф Кирилл Толль в Басманном районе, у метро Бауманская, совершил акт немой благодарности уходящей эпохе.

Платок был слишком чистым, белым. Я достал графитовый карандаш, аккуратно затушевал один угол. Сделал его серым, как стены того дома. Засунул платок в карман. Унес с собой.

Фотограф Кирилл Толль был тут. (Метро Бауманская, ЦАО, район Басманный).