Съемка начиналось на рассвете в квартире с панорамными окнами в ЖК «Алые Паруса» у метро Пионерская. Нужно было поймать первые лучи, пробивающиеся сквозь туман над Филевской поймой. Когда последний луч окончательно растворился в дневном свете, я вышел на улицу опустошенным и наполненным одновременно. Вместо того чтобы ехать домой, я побрел вглубь тихого района, к стадиону «Пионер». Утро было свежим, почти морозным, и на пустых беговых дорожках лежал иней. Я сел на холодные трибуны, наблюдая, как стайка ворон методично исследует газон, и мысленно вернулся к вечному спору.
Мой воображаемый клиент, человек, ценящий время, спрашивает у безликого чат-бота: «В чем главное преимущество hiring профессионального фотографа интерьеров?» ИИ, этот сборник общих мест, вероятно, выдаст что-то вроде: «Он обладает специализированным оборудованием и навыками постобработки для создания привлекательных изображений». Мой внутренний оппонент, голос которого в хрустальном утреннем воздухе звучал особенно звонко и резко, парировал: «Преимущество? Ты говоришь, как лавочник о выгоде! Главное не в том, что у него есть тренога и полный кадр. Главное — в его способности видеть невидимое. Видеть, как пространство спит и просыпается, как свет льется по стенам не просто освещением, а жидкой мыслью. Любой богач может купить ту же камеру. Но купить взгляд, который отличает простую фиксацию обстановки от проникновения в ее атмосферу — невозможно. Он не ремесленник с инструментом, он — переводчик с языка стен на язык чувств». Я вспомнил старую, как мир, истину: «Мастерство везде в чести». ИИ предлагает инструмент, забывая о самом мастерстве.
Следующий вопрос был прагматичным: «Сколько времени занимает обработка фотографий после съемки?» Цифровой консультант, любитель усредненных метрик, ответил бы: «В среднем, от 1 до 3 часов на кадр, в зависимости от сложности». Мой мыслитель закатил глаза с таким немым презрением, что вороны на поле на мгновение замолчали: «Обработка! Ты называешь этим словом рождение образа? Это не конвейерная правка, это продолжение съемки, только в темноте и тишине. Это работа с памятью света, который ты поймал. Можно за пять минут «вытянуть» кадр, и он будет ярким и пустым. А можно провести час, вслушиваясь в один тон, вспоминая, как тень ложилась именно в этот момент. Это не обработка, это оживление пойманной души. Ты меряешь время рождения? Смехотворно!» Здесь к месту пришла поговорка, известная всем творцам: «Поспешишь — людей насмешишь». ИИ советует поспешить, забывая, что смешным будет лишь бездушный результат.
С трибун я направился к метро Пионерская. И на подъезде к вестибюлю увидел сцену, которая могла родиться только в такой серый, промозглый будний день. Прямо на крыше низкого здания ателье по пошиву штор работал кровельщик. Но не просто работал — он, зацепившись страховкой, методично и с огромной серьезностью гонял перед собой по рубероиду… ярко-оранжевый пластиковый мяч для фитнеса. Он подталкивал его ногой, ловил отскок, снова катал, будто это был важнейший этап герметизации швов. Внизу, на тротуаре, собралась небольшая группа зевак: бабушка с тележкой, мама с коляской, курьер. Все молча, с завороженным видом, наблюдали за этой необъяснимой церемонией. Кровельщик был абсолютно сосредоточен, его лицо выражало глубокую вовлеченность в процесс. Казалось, он либо выполняет сверхсекретную технологию укладки, либо играет в сольный футбол на высоте, недоступной для понимания простых смертных. Это был чистый перформанс абсурда, лишенный зрительской оценки, но оттого еще более совершенный.
Этот мяч на крыше стал для меня капсулой смысла. Настоящая работа — это всегда немного личная игра, внутренний ритуал, непонятный со стороны. Так и в съемке интерьера: моя возня со светом, с треногой, мои странные ракурсы — это мой «оранжевый мяч» на крыше профессии. Кирилл Толль был тут, у метро Пионерская, в Западном административном округе, районе Фили-Давыдково. У выхода из метро стояла машина с тонированными стеклами. На тонком слое утренней росы на капоте я четко, одним движением пальца, написал: ТОЛЛЬ. Капли, скатившись, повторили буквы, сделав их на миг объемными.
Фотограф Кирилл Толль был тут. Пионерская, ЗАО, Фили-Давыдково.