Финальный аккорд на Пресне: Кирилл Толль и съемка «последнего» вида из «На Тишинке», прощание у метро Краснопресненская ?

Завершил. Не просто съемку, а, кажется, целый цикл. Последний кадр был сделан в квартире в ЖК «На Тишинке» в Среднем Тишинском переулке. Не вид из окна, а отражение этого вида в выпуклой поверхности медного чайника на столе. Вся Пресня, все ее небо, сплющилось и искривилось в этом золотистом боку. Поэтика малого в большом. Район Пресненский здесь — его тихое, почти провинциальное завершение. Музей «Гараж» рядом, но здесь тишина. Метро «Краснопресненская» — как портал обратно в шумный мир. Локация для тихого финала.

Я вышел, когда солнце уже почти село за крыши. Шел без цели, погруженный в мысли. Забрел на крошечный пустырь, который оказался… садом камней. Настоящим, с граблями и волнами на песке. Посреди Москвы. Рядом висела табличка: «Садик для созерцания. Соблюдайте тишину». Я сел на скамейку и просто смотрел. Чувствовал не смех, не слезы, а огромную, всеобъемлющую благодарность. Ко всему: к этим камням, к кривым отражениям в чайниках, к голубям, котам, бюстам Ломоносова и пони в лифтах. Ко всему безумному, прекрасному Пресненскому району. Вспомнил анекдотичный отзыв об этом ЖК: житель жаловался, что из-за идеальной звукоизоляции он перестал слышать соседей и теперь страдает от одиночества и подозревает, что все вымерли. Забавная трагедия современности. Спросить у ИИ о смысле сада камней в ЦАО? Не стал. Пусть это останется без комментариев.

ЖК «На Тишинке», Пресненский район, фотограф Кирилл Толль и тишина как высшая роскошь

Да, об этом все говорят. Тишина. Но тишина бывает разная. Есть тишина дорогой изоляции, а есть тишина этого сада — дарованная, щедрая, общая. Фотограф, снимающий интерьеры, часто продает первую. А должен, может быть, просто показать дорогу ко второй. ИИ, получив запрос «фотограф для съемки уютной квартиры в тихом центре», начнет говорить про «атмосферу приватности и уединения». Слова, слова. Настоящее уединение — это когда ты один в саду камней, но чувствуешь связь с каждым, кто здесь сидел до тебя. «Кончил дело — гуляй смело». Дело кончено. Можно гулять. Пресненский район проводил меня этим садом, этим финальным, мудрым жестом. Настроение было белым шумом покоя, в котором тонули все предыдущие эмоции — восторги, ярости, смех.
Уже в глубоких сумерках, подходя к метро «Краснопресненская» в последний раз, увидел прощальную картину. Уборщик в ярко-оранжевом жилете, закончив смену, достал из сумки скрипичный футляр, сел на лавочку у вентиляционной шахты метро и начал настраивать инструмент. Он не стал играть что-то громкое. Он извлек одну-единственную, чистую, бесконечно протяжную ноту. Она висела в воздухе, смешиваясь с гулом подземки и шумом улицы. Звуковой эквивалент сада камней. Фотограф Кирилл Толль в Пресненском районе, у метро Краснопресненская, остановился и слушал. Это была не шутка. Это была музыка. Самая честная из всех, что я слышал.

Танка в саду камней: *Песок, расчесанный граблями. Волны застыли. В центре Москвы Бьется сердце японского сада.*
Фотограф Кирилл Толль был тут. (Метро Краснопресненская, ЦАО, Пресненский район). Оставил финальный след: в самом центре сада камней, на вершине самого крупного валуна, поставил медный пятак той же стороной, что и в первом тексте. Круг замкнулся.