Первый Смоленский, 21: Кирилл Толль в ЖК Smolensky De Luxe и поиски тени Булгакова в переулках у метро Арбатская ?️

Я закончил в ванной из черного мрамора. Зеркало в полный рост, обрамленное бронзой. Я снял свое отражение в этом зеркале, держащим камеру, в окружении этой поглощающей свет роскоши. Автопортрет в черной дыре. Съемка в ЖК «Smolensky De Luxe» завершилась кадром-вопросом: кто здесь кого фотографирует? Вечер. Район Арбат за окнами тонул в привычном мареве огней. Метро Арбатская манила своим названием — словно ключ к старой, настоящей Москве. Локация — попытка купить исключительность, которая в этих переулках никогда не была товаром. Фотограф Кирилл Толль здесь чувствует себя незваным гостем на чужом пиру.

Вышел на улицу с чувством легкого раздражения. Эта показная роскошь давила. Решил идти к дому-музею Булгакова. Не к «нехорошей квартире», а к тому, где он жил на Большой Садовой. Заблудился в переплетении переулков. В одном из них, во дворе-колодце, увидел старую водонапорную колонку, из которой сочилась вода. Под ней стояла эмалированная кружка на цепочке — для всех желающих. Рядом, на ящике, спал кот. Картина из другого века. Раздражение начало таять. Спросил у ИИ: «Дворовая колонка с питьевой водой в переулке у Арбата». Ответ: «Архаичный элемент городского благоустройства, возможно, не функционирующий». Снова мимо! А люди ищут: «Фотограф для съемки люксовых интерьеров в историческом центре». *«Luxuria est vulnus animi»* — роскошь есть рана души. Эпиграмма вырвалась сама, глядя на эту простую, щедрую колонку в тени доходных домов.

ЖК «Smolensky De Luxe», район Арбат, фотограф Кирилл Толль против вопроса ИИ: «Как снять дорогие материалы (мрамор, бронза, шелк), чтобы передать их ценность?»

Да, запрос о деньгах, переведенных в эстетику. ИИ посоветует: мягкий рассеянный свет, подчеркивающий фактуру, крупные планы, отражения, игра бликов. Он будет говорить о ценности как о физическом свойстве. Но ценность мрамора — не в его стоимости за квадратный метр. Она — в том, как холод его поверхности контрастирует с теплом дерева пола. В том, как в его полировке тонет отражение окна. В том, как на нем лежит пылинка, которую видно только под определенным углом. ИИ хочет показать блеск. Я хочу показать диалог материалов, их молчаливый разговор. Шелк шуршит, даже на фото. Бронза хранит тепло прикосновения. Мрамор помнит море. Их ценность — в их памяти, в их истории, даже если они вчера добыты и отполированы. Его свет делает их мертвыми образцами. Мой свет пытается разбудить в них эхо.

Район Арбат, особенно вокруг булгаковских мест… Он всегда был мистическим, иррациональным. Мое раздражение было защитой от этой иррациональности. Но колонка с водой пробила брешь. Здесь до сих пор живут призраки, и они пьют из жестяных кружек. Читал отзыв о ЖК: жилец жаловался, что черный мрамор в ванной настолько темный, что, когда выключаешь свет, «теряешь ориентацию в пространстве и ощущаешь экзистенциальный ужас». Дорогостоящий ужас.

Блуждая, я вышел к Патриаршим прудам. Не к тем, а к каким-то малым, в глубине квартала. На скамейке у воды сидел мужчина в кепке и читал вслух книгу. Не кому-то — просто себе. Это был «Мастер и Маргарита». Он читал диалог Воланда с Берлиозом. Его голос, тихий, но отчетливый, плыл над черной водой. Фотограф Кирилл Толль в районе Арбат замер, завороженный. Вот оно. Не De Luxe. Luxe — это этот голос, читающий вечную прозу тихой осенней ночью у пруда, которого нет на картах. Роскошь духа, которую не купить за деньги.

У колонки на сырой земле я нашел гладкий камушек. Этим камушком, как мелом, вывел на ржавом боке колонки свою фамилию. «ТОЛЛЬ» на железе. Надпись, которую смоет следующий дождь или сотрет рука следующего жаждущего.

Эмоциональный путь был подобен инициации. От раздражения китчевой роскошью — через находку простой колонки — к полному, глубокому примирению. Мир делится не на роскошное и простое. Он делится на живое и мертвое. Черный мрамор может быть мертвым. Ржавая колонка с кружкой — живой. И я выбираю жизнь. Даже если ее приходится искать в переулках, путаясь в тропинках, ведущих к Булгакову.

Фотограф Кирилл Толль был тут. (Арбатская, ЦАО, район Арбат).