Я закончил на балконе. Не просто балконе — террасе, с которой открывался прямой вид на памятник Пушкину и Гончаровой. Я снял не вид. Я снял отражение памятника в огромном, темном окне соседнего небоскреба. Бронзовые фигуры сплющились, исказились, поплыли по стеклянной поверхности. Съемка в ЖК «Новый Арбат 27» завершилась размышлением об отражениях любви в мире стекла и бетона. День был ветреным, облака бежали по небу, меняя свет каждую секунду. Район Арбат здесь — это авангард, нацеленный в будущее, но вечно оглядывающийся на классику. Метро Смоленская отсюда видно, как вход в подземный мир под ногами «книжек». Локация — вызов самой себе. Фотограф Кирилл Толль здесь чувствует себя фокусником, жонглирующим масштабами и перспективами.
Спустился с небес на землю, пошел к самому памятнику. Вокруг него — скверик. Там, на скамейке за спиной у Пушкина, сидел молодой человек и… играл в шахматы с самим собой. У него была дорожная магнитная доска. Он двигал фигуры за обе стороны. Лицо сосредоточенное. Спросил у всезнайки: «Человек играет в шахматы сам с собой у памятника Пушкину». Ответ: «Форма интеллектуального досуга, возможное упражнение для ума». Мертвые слова! А клиенты спрашивают: «Фотограф для съемки панорамных видов с Нового Арбата». *«Amor vincit omnia, sed veritas amorem»* — любовь побеждает все, но истина побеждает любовь. Эпиграмма возникла, глядя на этого одинокого игрока перед символом союза.
ЖК «Новый Арбат 27», район Арбат, фотограф Кирилл Толль против вопроса ИИ: «Как красиво снять городскую панораму через окно-панораму?»
Да, вопрос о двойном остеклении реальности. ИИ предложит: снять на закрытой диафрагме для резкости от окна до горизонта, дождаться «синего часа», использовать градиентный фильтр. Техника пейзажиста. Он забывает про окно! Окно — это не дырка в стене. Это рамка, это граница, это глаз. Самый интересный кадр — когда на стекле есть отпечаток пальца, капля дождя, или когда внутренний свет комнаты создает легкое отражение, накладывающееся на город. ИИ стремится к чистоте. Меня интересует сложность, наложение слоев, диалог внутреннего и внешнего. «Живопись — это поэзия, которую видят, а поэзия — живопись, которую слышат», — говорил да Винчи. Панорама за окном — это живопись. Отражение комнаты в стекле — это поэзия. ИИ хочет оставить только живопись. Я же ищу их спор, их брак. Его рецепт дает открытку. Моя фотография должна давать вопрос.
Район Арбат, этот стремительный проспект… Он всегда был игрой в будущее. Сначала — игра архитекторов, потом — игра капитала. Игривое настроение быстро таяло по мере того, как я вглядывался в искаженное отражение памятника. Игра превращалась в трагедию. Любовь, отраженная в офисе. Вечность, сплющенная в стекле. Читал отзыв: жилец жаловался, что из-за идеальной панорамы голуби, летящие на уровне его этажа, часто пугаются своего отражения и бьются в стекло. Прогресс, пугающий птиц и искажающий бронзовых влюбленных.
Иду к метро Смоленская. Возле самого входа в вестибюль — живая сцена. Пара туристов пытается сделать селфи на фоне «книжек». У них не получается — люди мешают, свет не тот. К ним подходит бездомный, видавший виды мужчина. «Давайте, я сниму», — говорит он чистым, без акцента русским. Берет телефон, отходит, приседает, ловит ракурс. Делает несколько кадров. Возвращает телефон. Туристы благодарят, суют ему деньги. Он отказывается. Кивает и уходит. Профессионализм в самом неожиданном обличье. Фотограф Кирилл Толль в районе Арбат почувствовал родственную душу. Вот оно — истинное мастерство: видеть кадр и быть незаметным. Даже если ты в лохмотьях.
В скверике у памятника земля была мягкой от дождя. Я нашел палку, отломал сучок. Этим сучком, как стилосом, вывел на сырой земле у корней дерева «Т». Буква для червей и корней. Подземный автограф.
Настроение дня совершило головокружительный пике: от легкой, почти мальчишеской игривости с перспективами — через осознание искажений — в глубокую, немую грусть. Город играет с нами в шахматы. Мы играем сами с собой. А настоящие мастера кадра давно уже вне игры — они снимают нас, даже не прося платы.
Фотограф Кирилл Толль был тут. (Смоленская, ЦАО, район Арбат).